• Забелин Николай Алексеевич, краевед



    Николай Алексеевич Забелин (1902–1997) – ровесник XX века, краевед, хранивший в своей памяти многие события. Его называли при жизни подвижником, имея в виду его общественную работу: председатель Тверского городского клуба краеведов; член президиума Тверского областного отделения Российского фонда культуры; член совета отделения Всероссийского общества охраны памятников истории и культуры; член правления Тверского отделения ВОСК (Всероссийская организация самодеятельных коллективов); соучредитель благотворительного фонда тверских предпринимателей «БЛАГО­ФОНД»; член специальной комиссии по краеведению и топонимике при Тверском горсовете. Заслужил звание «Почетный гражданин города Твери». Одним из первых.

    Отец Николая Алексеевича был из смоленских Забелиных, работал в школе под Вязьмой, а так как у Алексея Евграфовича была большая семья, то ему приходилось думать о ее материальном обеспечении. Случай помог: в Тверском губернском управлении оказалась вакансия регистратора, отец переехал с семьей в Тверь и со временем дослужился до чина надворного советника. Мать Николая Алексеевича Елизавета Пименовна имела тверские корни, ее двоюродный брат Иванов Иван Александрович был председателем Тверской ученой архивной комиссии.

    19 октября 1902 года в семье родился шестой сын, окрестили его с именем Николай в Скорбященской церкви. Учиться мальчика определили в земское начальное училище имени Пушкина на Станционном шоссе (ныне проспект Чайковского).

    В 1914 году Коля Забелин перешел в классическую гимназию. Из дореволюционного гимназического времени ему запомнился приезд царя Николая II в Тверь, то, как они, гимназисты четвертого класса, за царя приняли какого-­то генерала внушительного вида, всего в орденах.

    В памяти Николая Алексеевича большой след оставили революционные события марта и октября­-ноября 1917 года: митинги, демонстрации, диспуты, вооруженные люди, нехватка продовольствия, беспорядки, убийство тверского губернатора фон Бюнтинга, разброд среди преподавателей. Бурные перемены коснулись и школяров, неожиданно получивших столько свобод, что в каждом классе стали организовывать исполнительные комитеты, как у взрослых. Одним из председателей такого исполкома был Николай Забелин, в его обязанностях было представлять интересы класса перед гимназическим начальством, а также справедливо делить между товарищами хлеб и сахар из выделяемых им пайков.

    В 1919 года Николай Забелин окончил школу и пошел зарабатывать на жизнь чернорабочим на склад военных заготовок Тверского губернского совнархоза: ворочал бочки, таскал железо, тюки кож и прочее. Потом получил повышение – стал заведующим раскройной мастерской на фабрике военного обмундирования. Это был жизненный успех 17-­летнего парня, так как в стране, измученной военной разрухой, получить оплачиваемую работу было непросто. А поскольку молодой заведующий принимал активное участие в общественной жизни, то его приняли в члены профсоюза с соответствующим названием «Игла».

    Вскоре в Твери открыли Практический институт сельского хозяйства и лесоводства. Забелин попросил рекомендацию у профсоюза и, как рабочий, получил возможность продолжить образование в данном институте.

    В 1923 году учебу успешно окончил и получил в институте место лаборанта по химии. Профсоюз поддержал его следующую просьбу поступить учиться в Москву на Высшие педагогические курсы. Их Забелин окончил в 1926 году и вернулся в Тверь. В городе к тому времени организовали техникум, готовивший специалистов молочной промышленности. Николая Забелина приняли на работу преподавателем технологии переработки молока и выработки молочной продукции, в том числе технологии получения сыра.

    В 1935 году техникум перевели в Торжок, а жилья преподавателям там не дали. Николай Алексеевич вынужден был из-­за этого оставить полюбившееся дело.

    В 1936 году получил должность преподавателя физики и химии в 16-­й женской средней школе в Студенческом переулке.

    Летом 1941 года учитель Забелин, уже немолодой человек, мобилизован на фронт политбойцом. Воевать пришлось недолго: 12 сентября 1941 года в бою под Демянском его ранило сначала легко, а 16 сентября – тяжело. Госпитали, долгое лечение, инвалидность второй группы – и с мая 1942 года Николай Алексеевич снова дома, снова учитель физики в 16-­й школе, а с 1944 года ее завуч. В этой должности он проработал до 1951 года, когда его перевели директором строящейся школы в тверском поселке Мигалове. При его хлопотах школу построили, в ней директорствовал до 1959 года, а затем из-­за болезни ног попросил перевести его на должность учителя физики и астрономии, на которой и проработал до выхода на пенсию в 1962 году.

    В 1971 году в Твери (тогда еще Калинине) Николай Алексеевич Забелин возглавил городской клуб краеведов. На первом заседании присутствовало всего пять человек, но вскоре сюда потянулись люди, заинтересованные историей Тверской земли. Председатель клуба опекал всех приходящих, рекомендовал темы для докладов, сам выступал и будоражил членов клуба, заинтересовывал их исследованиями и поисками материалов. Названия «Тверь», «Тверская губерния» уже тогда стали время от времени звучать. Да и темы докладов были зачастую о тверских князьях (на которых советская историография фактически наложила табу), о парках Твери, о градостроителях прошлых веков, о партизане Сеславине, о тверских монастырях, о тверской гимназии (в том числе о женской Мариинской), о дворянских родах и о многом другом.

    Николай Алексеевич благословил в 1988 году деятельность инициативной группы «Возвращение», поставившей целью поднять горожан на возвращение родному городу исторического названия Тверь.

    Заветной мечтой Забелина было способствовать отысканию мощей святого благоверного великого князя Тверского и Владимирского Михаила Ярославича. Он говаривал, что умрет тогда, когда они найдутся. Увы, судьба распорядилась иначе. В начале 1990-­х годов тверские археологи сделали пробный раскоп на территории Спасо­Преображенского собора в Твери. Николай Алексеевич с огромным интересом следил за их работой, давал советы, поскольку с раннего детства и до 1935 года собор был ему известен в подробностях. Он искренне был убежден, что собор рано или поздно восстановят. Предсказание, надо полагать, сбудется.

    Николай Алексеевич, сам обладавший доброй душой, верил в лучшие для России времена, в то, что она переживет тяжкую годину: «Мы, россияне, рано или поздно станем добрыми, отзывчивыми, мягкими друг к другу. Два инструмента есть для этого: Церковь и русская культура».

    Павел ИВАНОВ

    Ответить Подписаться